Гранатовое зернышко  - Мария Акулова

– День добрый, Амине-ханым, – зыркнула на Мира зло.

– И тебе не хворать, Дамирбсабирыч. Трогай…

Он спорить не стал – машина резковато, как показалось Амине, дернулась, разгоняясь, чтоб вновь затормозить у ближайшего светофора.

Там Мир вновь обернулся, окинул ее взглядом, хмыкнул… Амина почувствовала себя старшей сестрой, попытавшейся влезть в туфельку золушки – переднее сиденье было явно подстроено не под ее рост и длину ног.

– Либо помоги мне отодвинуть эту табуретку, либо останови вот там, лучше уж пешком…

Табуреткой она салонное кресло назвала чисто из вредности, на самом деле, претензий к внутренностям машины Амина не имела. Салон чистый, кресла кожаные, но не такие, по которым скользишь, издавая неприятный звук, а приятные, матовые.

Мир рассмеялся в голос, но вредничать не стал – показал, как урегулировать вопрос.

– Сиденье под мою младшую сестру подстроено. Она помельче будет, – даже объяснился, хотя его и не спрашивал никто.

Получив же непрошенный ответ, Амина будто почувствовала облегчение. Она-то успела придумать, что обычно здесь ездит Дамирова фифа, со злорадством даже обозвала ее в уме коротконожкой, а оказалось – сестра.

– Которая из двух?

– Самая младшая.

– Ясно.

– А у тебя кто? Сестры или братья? – Амина, которая справилась-таки с первой преградой, только выдохнула свободно, почувствовав себя комфортно на кресле, как тут же снова напряглась из-за вопроса.

– Ты даже не спросил, куда мне ехать… – и отвечать на него не собиралась.

Дамир, конечно же, это заметил, но настаивать не стал.

– В Баттерфляй? – вопросительно приподнял бровь.

– Нет, домой, – Амина ответила похожим взглядом – будто вызов бросила.

– И на чай позовешь, что ли? – да только Дамир был не из пугливых, расплылся в улыбке, разгоняясь навстречу к следующему светофору.

– Чаевые оставлю, если не стошнит к концу пути…

Мир хмыкнул, но смолчал.

Господи, какой же он все-таки неисправимый идиот, но как он соскучился за день по ней! И дело даже не столько в возбуждении, которое мужчина почувствовал сразу же, стоило только увидеть Амину в толпе, все намного хуже… Он по ее шуточкам язвительным заскучал…

Амина озвучила необходимый адрес, Мир кивнул, а потом какое-то время они ехали молча. Краевская оглядывалась по сторонам, непроизвольно постукивая по лежавшей на коленях папке, Мир рулил, время от времени переключая радиостанции и бросая короткие взгляды на спутницу.

– А откуда я тебя везу, Амине-ханым? – заговорил, когда проехали уже добрую половину дороги. Удивил.

– Где подобрал, оттуда и везешь, Дамир-бей.

Дамир улыбнулся. Впервые «беем» обозвала. До этого все Дамирсабирычем дразнила. А так приятней.

– Возле Киевского национального экономического университета подобрал, звезда моя. Что ты там забыла? – вновь глянул, отмечая, что Амина слегка покраснела.

Ведет себя – как всегда, но по этим маленьким красным пятнышкам на шее понятно, что почему-то заволновалась, и папку прижала к коленям сильней, только разжигая интерес.

– Неужто учиться вздумала? – и следующим своим вопросом настолько точно попал в цель, а осознав, что таки да – попал, так сам удивился, что чуть не въехал в переднюю машину, которая начала тормозить.

***

Амина уже не единожды успела пожалеть о том, что запрыгнула в его машину. Надо было гордо идти мимо, делая вид, что резко ослепла и оглохла, но раз уж жизнь сложилась так – с этим приходилось что-то делать. И она решила бросить вызов – понимала, что Мир скорей всего снова высмеет, скажет что-то о том, что учеба ей не поможет, но врать, изворачиваться, когда он и так все сам понял – было бы глупо.

– Вздумала, представь себе, – посмотрела прямо на него, видя в его взгляде одну только растерянность. – А что?

– И как?

Но он «надежд» не оправдал – даже шуточки не отпустил по этому поводу. Вопрос издевательским не звучал.

– Что «как»?

– Учится как, Амине-ханым, тебе что, толковый словарь моих вопросов предоставить? – и тут же наехал, но абсолютно не по тому поводу.

– Хорошо учится, Дамир. Тяжело, непонятно, но учится…

– А на каком ты…?

– Маркетинг.

– Оу…

– Что «оу»?

– Неожиданно…

Мир видел, что Амина все ждет от него подвоха. Понимал, что если судить по его прошлому поведению, ничего, кроме подвоха, тут ждать и не следует, но сейчас ему было просто интересно.

– Почему?

– Хочешь услышать – потому что я не считаю, что оно того стоит?

– Ну ты же не считаешь… – и как бы Амина ни пыталась скрыть обиду, замечание все равно получилось таким, что сразу стало ясно – она помнит все отпущенные им шпильки по поводу ее необразованности. Шпильки, ставшие основной причиной ее решения пойти учиться.

К этому времени Мир успел домчать до нужной улицы, заехать в арку, ведущую во внутренний двор одного из домов, остановиться…

– Ты молодец, Амина, – повернуться к девушке и ответить совершенно искренне, и тут же, пользуясь ее растерянностью, потянуться к лицу, действую на удачу – ну а вдруг не даст по лицу, а вот поцеловать даст…

Повезло – по лицу не дала, но и губ коснуться не позволила.

– Не прокатит, Дамир, не пытайся даже, – Амина накрыла его рот ладонью, а потом нажала, заставляя отодвинуться.

Мир сопротивляться не стал – чмокнул что дали – ладонь, а потом разулыбался, когда Амина, как маленькая девочка, стала брезгливо ее обтирать почему-то об его рубашку.

– Совсем с катушек слетел, маньяк ты сексуальный… – приговаривая при этом…

– Даааа… – заставляя улыбаться еще больше, – и это ты еще бицепс мой не щупала – там вообще – шик, поймешь, что таки сексуальный.

Амина закатила глаза, еле сдерживаясь, чтоб тут же не рассмеяться из-за той ереси, которую он несет.

– Я много чего не щупала, Дамирка… И слава богу. А то ведь и оторвать могу… Помни об этом, – подмигнула, взялась за ручку, собиралась на этой ноте и закончить – выпрыгнуть из машины, да побежать к подъезду, но Мир придержал за плечо.

– Подожди, Амина, посиди со мной чуть-чуть…

И руки, кажется, вместе с языком, вдруг перестали повиноваться Бабаеву. Будь он при своем уме и в доброй памяти – никогда бы не позволил себе обратиться к ней с такой просьбой. Это практически то же, что сейчас ей в любви признаться, а потом услышать громкий смех в ответ.

Но она не рассмеялась, затормозила, обернулась, ручку отпустила…